"Вельтвохе": Китай будет следовать собственным курсом, не обращая внимания на реакцию Запада

В девяностые годы страны Запада - прежде всего, США -
придерживались мнения, что экономическое развитие Китая неминуемо
приведет его и к большей политической открытости. Билл Клинтон был
уверен, что сумеет убедить  тогдашнего главу государства и
председателя партии Цзян Цземиня, что Китайская Народная Республика
избрала неверный исторический путь. Кондолиза Райс писала в 1999
году, что "экономическая либерализация в Китае обязательно приведет
и к политической либерализации – это железный закон".
Конечно, после смерти Мао жизнь отдельного гражданина стала
значительно свободнее. Но в целом развитие показало, что Клинтон и
Райс ошибались, полагая, будто рыночная экономика автоматически
обеспечит демократию и свободу печати. Бойня на площади Тяньаньмынь
в 1989 году продемонстрировала, что партийная верхушка готова на
все ради сохранения власти. Дэн Сяопин считал партийную монополию
необходимой не только для обеспечения единства страны, но и для
проведения дальнейших экономических реформ. Этой точки зрения
придерживается и сегодняшнее китайское руководство.


Как заявил на съезде партии в октябре минувшего года нынешний лидер
страны Ху Цзинтао, экономическая модернизация возможна только под
руководством компартии; лишь она может превратить Китай в "общество
скромного благосостояния". Китайская модель является чрезвычайно
привлекательной для остальных развивающихся стран, в которых
демократические традиции столь же слабы или вовсе отсутствуют.


А Запад уже смирился с тем, что не в состоянии повлиять на Китай в
вопросах демократизации и прав человека. Перспективы заключения с
Китаем крупных торговых соглашений оказались важнее заботы о
диссидентах. США сделали ставку на "конструктивный диалог" - как и
правительства других стран, где считают, что Китай, несмотря на
отдельные срывы, в целом развивается в правильном направлении и
становится все больше похожим на нас. Однако это маловероятно, если
не понимать под сходством все более широкое распространение
джинсов, автомобилей, фастфуда и заграничных поездок.


В политическом отношении Китай будет следовать собственным курсом,
не обращая внимания на реакцию Запада. С ростом военной мощи он
будет испытывать все большее искушение поставить под сомнение
американские структуры безопасности, с 1945 года доминирующие в
азиатском регионе. Это позволит китайским правителям и далее
передавать из поколения в поколение свою авторитарную систему с
более чем двухтысячелетней традицией.


А у нас появятся все основания бояться Китая, и не только его
экономической мощи, как сегодня. Ведь человечеству придется иметь
дело со страной с самой высокой в мире численностью населения, с
ядерным оружием, с постоянным членством в Совете Безопасности ООН и
с валютными резервами, возможно, превышающими 2 триллиона долларов;
со страной, ни от кого не зависящей и способной отстаивать свои
интересы. В глобализированном  мире этот сценарий, наверное,
выглядит не таким уж пугающим, но он все же дает основания для
беспокойства. В 21 веке может оказаться, что именно Китай - вопреки
мнению Билла Клинтона - выбрал верный исторический путь.


Подготовил Владимир Фрадкин


(Deutsche Welle)

more info >>

<< Back